«Инженер» 1996 № 3 (1-48), с.34-35
В настоящее время накопилось достаточно много различных наблюдений, затрагивающих природу времени, и настала пора поисков принципов обобщения этих наблюдений. Это относится к хрональным полям, зарядам и излучениям, способности времени совершать работу и выделять энергию, то есть всему тому, что представляет время как самостоятельное явление, а не производную от пространства. Пожалуй, больше всего волновала и волнует человечество проблема однонаправленности времени. Исследуя эффект фиолетового и красного смещения, астрофизик Н.Кардашев предположил возможность движения во времени как в прямом направлении, так и в обратном.
Каковы же предпосылки «возвращения» в прошлое? Одна из гипотез (см. журнал «Свет», № 1, 1993, с.40-41) формулирует условия зависимости временной координаты от состояния пространства
Суть гипотезы состоит в том, что неупорядоченное время, то есть хаотическое движение в обоих направлениях временной оси, проявляется в упорядоченных пространствах, тогда как увеличение энтропии пространства ведет к упорядочиванию времени. В рамках этой гипотезы находят объяснение многие хрональные явления и эффекты.
Нас интересует, что чувствует человек в условиях неупорядоченного времени, которое сопутствует упорядоченным пространствам.
Примером упорядоченной среды можно рассматривать современный город. В естественной среде плоские поверхности занимают небольшую долю, а в городе они составляют основную массу. Совокупность однообразных поверхностей образует так называемое «агрессивное поле» (Урбо-экология. — М.: Наука, 1990. С.55).
В исключительно упорядоченном симметричном окружении трудовая деятельность связана с особого рода напряженностью, человек чувствует некомфортность параметров окружающей среды, в первую очередь — температуры и воздуха. В США это явление зарегистрировано как «синдром нездоровых зданий». Там выделяются специальные средства на уменьшение этой напасти.
Город всегда стремился к упорядоченности внутренней среды — сетка прямоугольных кварталов заполняется архитектурно однообразными объектами. Формальная архитектура наполняется формальным содержанием, то есть вневременной деятельностью, не связанной с жизненными потребностями людей. В древности также строились сооружения, не связанные с жизнедеятельностью. Классический пример из древности — египетские пирамиды, которые постоянно будоражат сознание исследователей.
Обобщая бесчисленные наблюдения, доктор Амре Гохада высказал следующее: «…существует некая сила, которая нарушает законы науки при работе внутри пирамиды». Известно, что жизнедеятельность организма жестко связана с определенными жизненными ритмами. Искусственное изменение ритмики ведет, в частности, к тяжелой депрессии, нарушению сна и другим неприятным последствиям. В правильных структурах в силу нерегулярности времени происходит срыв ритмики — «заклятие» пирамиды. Для восстановления жизнедеятельности необходимы специальные меры по синхронизации биологических часов с естественным ходом времени. Достаточно вырваться из города в зону с нерегулярной структурой — в парк, лес, где исчезает подавленность, появляется хорошее самочувствие.
Неуютно и тоскливо жить в правильно организованных пространствах современной жилой застройки. По данным опросов, до 70 % жителей новых микрорайонов хотели бы куда-нибудь уехать.
В заключение можно сказать, что интуиция великих архитекторов уводила их от геометрически правильных монстров — хорошо знакомое здание ЦСУ архитектора Ле Корбюзье на Мясницкой — к сооружениям неправильной формы. «Природа — вот что мы должны брать за образец. Наше отступничество — вот в чем преступление» — так Ле Корбюзье объяснил изменение ориентации в своем творчестве, стремясь с точки зрения приведенной гипотезы к упорядочению времени.